В тусклом свете

В тусклом свете угасающей зари лицо ее казалось бледным. Она устремила неподвижный взгляд сквозь окно на темные пики урочища, что высилось за деревней, и глаза ее были прекрасны в глубокой задумчивости.’
Спасибо, Николай Васильевич, — тихо, не меняя позы и не отрывая взгляда от сумеречной дали, произнесла она. — Спасибо, что понимаешь меня. Самонадеянная я была. Помнишь, сказала: дотянусь до тебя. Может, на самолюбии и тянула. Но… ты все так же далеко. Ты достигнешь тех вершин, а я… Вдруг я Сорвусь и полечу в пропасть? Все-таки чего-то во мне нет, я иногда чувствую это. А чего, понять не могу.
Она помолчала, выпрямилась, пристально поглядела на меня:
А может, излишек чего-нибудь? Не ради умного разговора пристала я к тебе с вопросами. Еще там, в райисполкоме, почувствовала в душе протест. Рано или поздно горшки побила бы. Направление в колхоз отсрочило мой бунт. Отсрочило или исключило — вот о чем думаю.
Капа встала, прошла к раскрытому окну, отдернула кисейную занавеску. С улицы сильнее запахло травами, нагретой землей. Соловьи молчали, ждали приближения рассвета.
Подойди сюда, Николай. Стань рядом. Сегодня ты моя опора. Кое в чем укрепил меня. Вот говоришь: осознанная необходимость… Я, когда противлюсь неразумным повелениям, думаю не о том, сколько в них неразумности, — это я вижу сразу. Думаю о человеке, который повелел. Какая у него степень этой осознанной необходимости? В том, что умеет мыслить, не сомневаюсь. О высоких материях рассуждает. Диплом, а то и два имеет. А выходит, что же — не свободен? Выходит, рабство духа, а? Так стоило ли такого учить? И почему он держится, лезет вверх, стремится к каким-то своим вершинам? Школы борьбы — вот чего мне не хватает, Николай Васильевич. Знаю, ее проходят в жизни. Как могу, учусь. Но… начинаю срываться, не выдерживаю. Дурной характер-
Натуры, подобные Капитолине Орловой, весьмД чувствительны к внешним обстоятельствам. Они как растения на свет, чутко реагируют на общественную атмосферу: при благоприятной свете расцветают, при неблагоприятной — так же скоро увядают Таланты, заложенные в Капе, развернулись после пятьдесят третьего года, а в шестьдесят втором она, как ярый травопольщик, была отстранена от руководства колхозом.

Категория: Без рубрики
Вы можите читать эту запись через RSS 2.0 поток. Вы можите оставить комментарий, или поставить trackback со своего сайта

Оставить комментарий